Профессиональная косметика и материалы для эстетической медицины

Совершать покупки могут только салоны красоты и дипломированные специалисты

Бесплатный номер

8-800-700 33 62

Ежедневно с 8 до 18 ч (сб-вс с 9 до 16) время московское
Ваша корзина
Корзина пуста!

Toll-подобный рецептор 2: активация и комедоногенез. Участие в патогенезе акне

Авторы: Joanne Louise Selway, Tomasz Kurczab, Terence Kealey, Kenneth Langlands
Источник: BMC Dermatology 2013; 13 (10)
Перевод: Delis.pro; при перепечатке статьи гиперссылка на www.delis.pro в начале и в конце статьи обязательна. 

 

Аннотация

 
Введение. Акне является распространенным заболеванием пилосебационного комплекса кожи человека; хотя кожные патогенные факторы играют большую роль, механизмы, лежащие в основе гиперкератинизации и последующего воспаления (комедоногенез), еще предстоит определить. Ранее сообщалось, что высвобождение цитокинов интерлейкина-1α (IL-1α) из кератиноцитов протоков сальных желез играет решающую роль в жизненном цикле комедона, способствуя как его развитию, так  и его спонтанному разрешению. Toll-подобные рецепторы представляют собой семейство молекул, которые распознают патогены связанных молекулярных комплексов (PAMPs), представленных микроорганизмами, и, инициируя сигнальный каскад, способствуют освобождению антимикробных соединений и цитокинов.
 
Методы. Мы исследовали сальные железы eх vivo и первичную культуру монослоя кератиноцитов, с использованием методов ELISA, иммуногистохимического исследования, Вестерн-блоттинга и метода полимеразной цепной реакции в режиме реального времени (ПЦР-РВ) для изучения вклада активации Toll-подобных рецепторов (TLR)  в патогенез акне.
 
Результаты. Мы обнаружили, что рецепторы TLR2 определяются в базальных кератиноцитах и инфундибулярных кератиноцитах волосяного влагалища и сальных желез, а активация данных рецепторов способствует высвобождению IL-1α из первичных кератиноцитов человека в условиях in vitro. При экспозиции в течение 7 дней в условиях in vitro патогенов связанных молекулярных моделей (PAMPs), специфичных для TLR2 и выделенных в результате микродиссекции сальных желез, была получена модель ороговения, подобная той, которая возникает после воздействия IL-1α.
 
Выводы. Активация TLR и секреция IL-1α кератиноцитами может инициировать комедоногенез, и, следовательно, являются важными процессами в патофизиологии акне.
 

Введение

 
Акне характеризуется образованием комедонов, но этиология данных процессов, остается неясной, хотя в них, скорее всего, участвуют кожные патогены. Высокий уровень провоспалительных цитокинов IL-1 α был зарегистрировано в акне в условиях in vivo, [1]; в предшествующих данной публикации работах было показано, что экспозиция изолированного устья волосяного фолликула и пилосебационного комплекса вместе с  IL-1α в условиях in vitro  индуцирует формирование комедонов. [2,3] Поскольку формирование комедона отражает процесс развития отшелушивания эпидермоцитов в области устья волосяного фолликула, данный вывод имеет важное значение, так как он предполагает, что IL-1α, роль которого в эпидермисе еще предстоит полностью выяснить, является медиатором процесса отшелушивания эпидермоцитов при воспалительных заболеваниях кожи. Целью нашего исследования являлось установление связи между микрофлорой кожи, выделением IL-1 α и циклом формирования акне.
 
Эпидермис обеспечивает первую линию обороны против воздействия патогенных факторов. В то время как эпидермис содержит антиген-презентирующие клетки Лангерганса, являющимися компонентами адаптивной иммунной системы, [4]   кератиноциты также имеют механизмы для борьбы с инфекцией. Этот врожденный иммунитет – остаток древнего механизма иммунной защиты, такой же, как и у низших организмов и является предшественником адаптивного иммунитета. Активация врожденного прототипа Toll-рецепторов у дрозофилы занимает центральное место в этом иммунном ответе и приводит к высвобождению противогрибковых факторов. [5]  Семейство Toll-подобных рецепторов (TLR) широко экспрессируется в тканях млекопитающих, в частности, в эпителии, и большинство исследований указывает на важность врожденного иммунитета в кожной патологии. [6-9]  На сегодняшний день у млекопитающих известны одиннадцать гомологов Toll-подобных рецепторов, в каждом из которых определяется дискретный набор инвариантных структур, связанных с инфекционными агентами; данный комплекс называется: «связанные с возбудителем молекулярные модели», или PAMPs. [10]  Известные в настоящее время PAMPs включают пептидогликан (PGN) – компонент из оболочек грамположительных бактерий (включая P. acne), липополисахариды (ЛПС) из грамотрицательных бактерий или неметилированной  CpG ДНК вирусов, которые активируют TLR2, TLR4 и TLR9 рецепторы соответственно [обзор литературы [11]  PAMPs являются богатым лейцином внеклеточным доменом TLR, который инициирует сигнальный каскад трансдукции через внутриклеточный рецептор интерлейкина-1 (IL-1R), что приводит к выделению антибактериальных соединений (β-дефензинов и активных форм кислорода) и цитокинов (в том числе IL-1α) посредством  NFκB-зависимого механизма. [10 ,11]
 
Существует много предположений относительно источника инфундибулярного IL-1α в акне, и имеются сообщения о выделении IL-1α или из кератиноцитов [3,12,13] или клетками иммунной системы. [14,15] Поскольку выделение IL-1α является следствием TLR сигнализации во многих типах клеток, включая кератиноциты, [10,13] мы хотели исследовать, приведет ли воздействие PAMPs на сальные железы в условиях ex vivo к индуцированному процессу гиперкератоза посредством TLR-стимулированного высвобождения IL-1α.
 

Методы

 
Все материалы были получены от фирмы Sigma-Aldrich (ООО), Соединенное Королевство, если не указано иное.
 
Ткань
 
Человеческая кожа нормального строения из области средней линии груди была получена от пациентов в возрасте от 48 до 76 лет которым проводились  кардиохирургические операции в больнице Папворт (Хантингтон, Великобритания). Сальные железы были извлечены путем микродиссекции, как описано ранее [16]. Букингемским университетом и Комитетом по медицинской этике было получено одобрение на выполнение исследований и взято информированное согласие пациентов. Ткани подвергались формалиновой фиксации и парафиновой проводке для последующего гистологического исследования или использовались непосредственно после изъятия для выращивания культуры органов.
 
Культура тканей и органов
 
Нормальные эпидермальные кератиноциты человека (НЧЭК, Invitrogen, Paisley, UK) инкубировали в бессывороточной среде для кератиноцитов (Invitrogen, Paisley, UK) в качестве стандарта. Сальные железы инкубировались  ex vivo на желатиновых губках (Гельфоам, Апджон, Каламазу, Мичиган, США) при 37°С в увлажненном 5% CO2: 95% воздушной среды в течение 7 дней в E-среде Уильяма (без фенола красного), с добавлением 2 мМ L- глутамина, 500 нг/мл гидрокортизона, селенита натрия (20 мкМ), трийодтиронина (10 нМ), 1% смеси микроэлементов (все добавки производства фирмы Invitrogen), 11,1 мМ глюкозы, 10 мкг/мл бычьего гипофизарного экстракта, 100 ед/мл пенициллина , 100 мкг/мл стрептомицина и 2,5 мкг/мл амфотерицина Б.В качестве агонистов TLR, используемых в экспериментах для выращивания культуры органов были выбраны PGN (кат. № 77140), LPS (кат. № L8643) и LTA (кат. № L2515). Сальные железы инкубировали в присутствии или в отсутствие IL-1α (1 нг/мкл) или соответствующих PAMPs (25 мкг/мл). Антитела против человека TLR2 и TLR4 были получены методом HyCult биотехнологии BV (Уден, Нидерланды) и использовались в концентрации 100 мкг/мл, чтобы блокировать эффект от PAMPs.  Эксперимент по получению культуры органов состоял из не менее 3 биологических репликаций в основной группе пациентов, от каждого донора было изучено по меньшей мере три железы.
 
Полимеразная цепная реакция в режиме реального времени
 
РНК получали из целых сальных желез или из культивируемых клеток с применением TRI-реагента и 1 мкг общей РНК был использован в синтезе первой цепи кДНК со случайных гексамеров (Pharmacia) в соответствии с рекомендациями производителя. 35 циклов ПЦР (каждый из 94 ° C , 55 ° C и 72 ° С в течение 1 мин) были выполнены в стандартной комплектации с использованием специфических праймеров для TLR2 (TLR2_FOR-GATGCCTACTGGGTGGACAA; TLR2_REV-TTGACAGCTCAGGGATGTTG) (MWG-Biotech, Эберсберг, Германия).
 
Иммуногистохимия
 
Парафиновые срезы кожи груди, толщиной 4 мкм полученные от 10 различных доноров мужского пола после депарафинизации в среде Histoclear (Национальная диагностика, Hull, UK) и регидратации в батарее этиловых спиртов возрастающей концентрации были инкубированы с козьими поликлональными антителами анти-TLR2 при 37°С в течение ночи с добавлением SC- 8690 в концентрации 20 мкг/мл, (Санта-Крус, Ла-Хойя, США). Специфичность реакции оценивали путем сравнения с контрольной соинкубированной первичной антисывороткой с пятикратным избытком блокирующего пептида Санта-Крус SC-8690 P (Санта-Крус, Ла-Хойя, США). После инкубации с соответствующей конъюгированной с ферментом пероксидазой хрена вторичной антисывороткой в течение 45 минут при комнатной температуре, срезы были обработаны хромогеном диаминобензидином с добавлением субстрата пероксидазы ImmPACT DAB (Vector Laboratories, Питерборо, Великобритания) в соответствии с рекомендациями завода-изготовителя и дополнительно окрашивались гематоксилином перед обработкой в среде Histoclear и монтажа покровных стекол путем нанесения раствора VectaMount (Vector Laboratories, Питерборо, Великобритания). Срезы тканей были изготовлены в трех экземплярах и образцы от разных людей были окрашены одновременно для облегчения сравнения.
 
IL-1α ИФА
 
После 2-часовой инкубации неконъюгированных нормальных человеческих эпидермальных кератиноцитов с PGN (10 мкг/мл), определяли уровень IL-1α в 100 мкл среды методом ELISA (MESOScale Discovery, Gaithersburg, MD) в соответствии с рекомендациями завода-изготовителя. Для того, чтобы оценить специфичность, нормальные человеческие эпидермальные кератиноциты инкубировали с PGN с добавлением в десять раз большей по массе TLR2 нейтрализующих антител. Все анализы повторяли три раза.
 
Вестерн блот
 
Неконъюгированные первичные кератиноциты гомогенизировали в буфере RIPA (150 мМ NaCl, 10 мМ Трис-НCl pH 7, 2, 5 мМ ЭДТА, 0,1% SDS, 1,0% Tритон-X100, 1,0% деоксихолат натрия, 1 мМ фенилметилсульфонилфторид. 20 мкг протеина подвергали электрофорезу через 4-12% комплексный  бис-трис NuPage мини-гель (Invitrogen) и переносили на мембраны ПВДФ (Millipore) путем влажного электроблоттинга в качестве стандарта. Иммунологическую детекцию проводили с использованием поликлональных антител анти-kIB (в разведении 1:1000, Santa Cruz) и хемилюминесцентного детектирования (WesternBreeze, Invitrogen) в соответствии с рекомендациями.
 

Результаты

 
TLR2 экспрессируется в сальных железах и кератиноцитах человека
 
Экспрессия мРНК TLR2 в сальных желез от десяти лиц, а также в нормальных человеческих эпидермальных кератиноцитах (НЧЭК) и НаСаТ кератиноцитах, была профилирована с использованием копий, полученных с помощью ПЦР (Рисунок 1А). При качественной оценке, экспрессия TLR2 оказаласьзначительно выше в ткани сальных желез по сравнению с изолированными кератиноцитами.
Рисунок 1

TLR экспрессия  в условиях  in vitro и   in vivo. А)  Экспрессию TLR2 оценивали с помощью ПЦР в режиме реального времени в кДНК, полученной из НаСаТ кератиноцитов (первые полосы), НЧЭК (вторые полосы) или свежих изолированных сальных желез человека (третьи полосы), представленные  от десяти разных людей. Использовался отрицательный шаблон для контроля кДНК (четвертые полосы). Б) TLR2 антисыворотки были использованы для оценки локализации рецепторов в коже, выделенной от десяти лиц и показаны образцы экспрессии, с наличием блокирующего пептида и без блокирующего пептида (PEP). Изображения были получены при увеличении 10 ×.
 
Характеристика TLR экспрессии кератиноцитов человека, взятых из области шейки волосяного фолликула и базальных интерфолликулярных кератиноцитов волосяного влагалища in situ
 
Иммунореактивность TLR2 оценивалась в ткани, выделенной от десяти лиц. Образцы экспрессии показаны на рисунке 1b. В интерфолликулярных эпидермоцитах экспрессия была значительно более выраженной в базальном слое, также этот преимущественно базальный профиль иммунной экспрессии наблюдался в инфундибулярных кератиноцитах шейки волосяных фолликулов. Специфичность иммунореактивности была подтверждена путем совместной инкубации с конкретным TLR2 антиген-блокирующим пептидом, после чего окрашивания не наблюдалось (Рисунок 1В).
 
IL-1α выделяется в ответ на активацию TLR2
 
Активация TLR2 путем инкубации с PGN способствовала быстрому высвобождению IL-1α из нормальных эпидермальных кератиноцитов человека (Рисунок 2A). PGN стимулировал увеличение секреции IL-1α на 46% относительно контрольного раствора (р <0,05). Кроме того, эффект был специфичным, так как при инкубации PGN с TLR2-нейтрализующими антителами имело место значительное снижение уровня IL-1α в исследуемом субстрате.
 
Рисунок 2

Активация TLR приводит к освобождению IL-1α и активации NF-κB. A) Неконъюгированные нормальные эпидермоциты человека были обработаны PGN в присутствии и в отсутствии TLR2- нейтрализующих антител, и уровни выделенного IL-1α определялись методом ELISA. B) Три отдельные культуры неконъюгированных нормальных эпидермоцитов человека были собраны в после 90 мин воздействия PGN, а экспрессию IκB по отношению к β-актину определяли при помощи метода вестерн-блоттинга.
 
PAMPs опосредованная TLR2 стимуляция нормальных эпидермальных кератиноцитов человека активирует путь NFкB

Метод вестерн-блоттинга был использован для определения деградации NFκB, который репрессирует IκB в ответ на стимуляцию PAMPs нормальных эпидермальных кератиноцитов человека. Уменьшение сигнала IκB в ответ на обработку PGN было обнаружено после двух часов инкубации PAMPs; данный эффект ингибируется в присутствии TLR2-блокирующего антитела (Рисунок 2В).
 
Гиперкератинизация в сальных железах, обусловленная влиянием PAMPs Ex Vivo
 
Нормальная дольчатая структура свежеизолированных сальных желез показана на рисунке 3А, наряду с эффектом кератинизации, обусловленным обработкой в течение семи дней IL-1α в концентрации 1 нг/мкл. На рисунке также представлен гистологический срез комедона   in situ. Полученные путем микродиссекции сальные железы были инкубированы в присутствии или в отсутствие различных агонистов TLR (LTA, LPS и PGN) в течение семи дней до гистологического анализа (Рисунок 3В), после чего оценивали степень гиперкератинизации (характеристика акне   in vivo). В то время как имели место дистрофические изменения с некоторой потерей нормальной структуры в этих органах, поддерживаемых в течение семи дней в присутствии только наполнителя, увеличение степени ороговения не было обнаружено. Воздействие как PGN так и LTA привело к формированию феномена ороговения, аналогичного наблюдаемому в результате воздействия IL-1 α, и который был заблокирован путем совместного инкубирования PAMPs с четырехкратным избытком (по массе) с TLR2-нейтрализующими антителами.
 
Рисунок 3

Активация TLR способствует гиперкератинизации в изолированных сальных железах человека ex vivo. A) Гистологическиие срезы свежеизолированных сальных желез и сальных желез, обработанных IL-1α, а также срез комедона in situ. Б) Морфологическая картина 3 экспериментов, показывающих сальные железы, обработанные только неактивным контрольным раствором; сальные железы, обработанные TLR2 (LTA и PGN) агонистами или агонистами TLR4 (LPS); и сальные железы обработанные TLR-агонистами, предварительно инкубированными с блокирующими антителами (блок). Все изображения выполнены с оригинальным 10-кратыным увеличением.
 
Следует учитывать, что кожа колонизирована грамотрицательными комменсалами, такими как P. aeruginosae (которые оказывают воздействие путем активации TLR4). Экспозиция сальных желез с LPS также специфически увеличивает степень кератинизации, которое блокируется совместной инкубацией с избытком TLR4-нейтрализующих антител. Все изображения являются репрезентативными для трех различных экспериментов.
 

Обсуждение

 
Экспрессия функционально активных TLRs в обоих видах  межфолликулярных и инфундибулярных кератиноцитах человека согласуется с положением о врожденной генетически запрограммированной роли этих клеток в зондировании и ответе на бактериальные патогены. [17]  Большинство кожных патогенов грамположительны и, следовательно, могут инициировать реакцию через TLR2 рецепторы. Воздействие Р. acnes приводит к увеличению TLR2 (а также TLR4) экспресии в нормальных эпидермоцитах человека, также была выявлена экспрессия TLR2 в акне in situ. [18]  В дальнейшем мы хотим изучить роль этого рецептора в функции кератиноцитов и сальных желез.
 
Хотя кератиноциты, как известно, экспрессируют TLR2, точная локализация данного рецептора в эпидермисе точно не определена. [18-22] Наше наблюдение преимущественно базальной локализации TLR2 в диапазоне выбранных нами образцов кожи человека согласуется с сообщениями  Baker  и соавт..   [19] и Curry  и соавт., [20], но некоторые различия между исследованиями, можно было бы ожидать (как сообщает Pivarsci и соавт.   [21] и Jugeau и соавт.  [18]), так как эти рецепторы легко индуцируется, независимо от каких-либо генетических различий. [23]
 
Жизнеспособные Р. acnes  в стационарной фазе непосредственно активируют нормальные кератиноциты человека, которые стимулируют выработку IL-1 α посредством рецепторов TLR2. [12]  
 
В некоторых работах сообщалось, что взаимодействие кератиноцитов человека с LTA и PGN имеет лечебный эффект, так как активация NFκB через TLR2 способствует высвобождению мощного хемокина IL-8, [17,21]    поэтому важно тщательно исследовать роль PAMPs в патогенезе акне. Мы обнаружили, что инкубация первичных культур кератиноцитов с агонистами TLR2 способствовала высвобождению IL-1 α, подтверждая нашу гипотезу и ранее опубликованные результаты. [17,21] Это, вероятно, будет посттрансляционное событие, так как предыдущие наблюдения показали, что стимуляция кожи микроорганизмами (в том числе Р. acnes) не способствовала синтезу IL-1α в кератиноцитах. [24,25] Кроме того, мы смогли показать, что инкубация пилосебационных комплексов с  PAMPs приводила к формированию модели гиперкератинизации, аналогичной той, что воспроизводится при воздействии IL-1 α (и, действительно, данные процессы имели место в комедонах in situ) как через TLR2, так и через TLR4-зависимые механизмы. Кроме того, нормальные морфологические структуры определялись в том случае, когда влияние PAMPs  нейтрализовалось конкретными блокирующими TLR-антителами. Это говорит о том, что PAMPs влияют на функции сальных желез через активацию TLRs. Наличие TLR2-зависимого врожденного иммунного ответа в себоцитах был подтвержден ранее, [25,26], но роль IL-1α, в сочетании с липидными медиаторами, такими как свободные жирные кислоты, является комплексной.
 
Мы признаем, что извлечение органов из их естественной среды в нашей модели ex vivo не позволяет нам оценить роль иммунной системы. Это является важным фактором, поскольку реакция, вызванная иммунными клетками-резидентами кожи, может модулировать эффект PAMPs как через TLR-зависимые, так и через и TLR-независимые механизмы. То, что мы смогли спровоцировать реакцию в нормальной человеческой коже (или, по крайней мере, в коже без явных признаков акне), связано с низким уровнем проникновения иммунных клеток, и позволяет предположить, что наша модель способна повторять комедоногенез, по крайней мере, частично. Можно было бы также исследовать роль TLR-агонизма в человеческой культуре монослоя себоцитов или в сальных железах, выделенных из кожи пациентов с акне, но мы полагаем, что наша модель обеспечивает хороший компромисс между биологической целесообразности и осуществимостью.
 
Роль провоспалительных цитокинов в липогенезе и патогенезе акне является комплексной. [24,25,27-32] Повышение уровня продукции кожного сала у подростков, возможно, усугубляется повышенной доступностью свободных жирных кислот в результате воздействия диет западного образа жизни, [30] Данному процессу может способствовать колонизация кожи Р. acnes. [32]  Кроме того, другие гормональные посредники могут вызвать "идеальный шторм" восприимчивости к акне. Например, повышенный уровень IGF1 может подавлять транскрипцию антимикробных пептидов, [33]   тем самым нивелируя врожденный иммунный ответ. Таким образом, повышенные уровни кожного сала, высокий уровень экспрессии IGF1 и свободных жирных кислот может приводить к созданию провоспалительного состояния, приводящего к комедоногенезу. [28]  Важную роль в этом провоспалительном состоянии играет IL-1α, [17,21], а также другие цитокины, такие как TNFα. [29,30]
 

Выводы

 
Мы полагаем, что выделение IL-1α в инфундибулярных кератиноцитах в ответ на воздействие Р. acnes - опосредованной активации TLR является важным шагом в сложной естественной истории поражения акне (Рисунок 4). Кроме того, IL-1α может способствовать как созданию комедогенной среды цитокинов, так и содействовать процессу гиперкератинизации себоцитов, что характерно для акне.
 
Рисунок 4

Модель активации TLR и жизненного цикла акне. А) Р. acnes колонизирует сальные железы и стимулирует инфундибулярные кератиноциты к выделению воспалительных цитокинов (IC), включая IL-1α посредством активации TLR. Б) IC, в том числе IL-1α, стимулируют гиперкератинизацию, тем самым способствуя формированию комедона. С) Секреция IC, в том числе IL-1α, также связана со снижением липогенеза в базальных себоцитах, что снижает уровень секреции кожного сала и способствует уменьшению количества питательных веществ для Р. acnes. D) Снижение количества Р. acnes уменьшает IC секрецию, что приводит к инволюции комедона и восстановлению созревания себоцитов. По материалам Downie М.М. и соавт 3.

Список использованной литературы:

1. Ingham E, Eady EA, Goodwin CE, Cove JH, Cunliffe WJ: Pro-inflammatory levels of interleukin-1 alpha-like bioactivity are present in the majority of open comedones in acne vulgaris. J Invest Dermatol 1992, 98:895–901.
2. Guy R, Green MR, Kealey T: Modeling acne in vitro. J Invest Dermatol 1996, 106:176–182.
3. Downie MM, Sanders DA, Kealey T: Modelling the remission of individual acne lesions in vitro. Br J Dermatol 2002, 147:869–878.
4. Wolff K, Stingl G: The Langerhans cell. J Invest Dermatol 1983, 80(Suppl):17s-21s.
5. Lemaitre B, Nicolas E, Michaut L, Reichhart JM, Hoffmann JA: The dorsoventral regulatory gene cassette spatzle/Toll/cactus controls the potent antifungal response in Drosophila adults. Cell 1996, 86:973–983.
6. McInturff JE, Modlin RL, Kim J: The role of toll-like receptors in the pathogenesis and treatment of dermatological disease. J Invest Dermatol 2005, 125:1–8.
7. Heymann WR: Toll-like receptors in acne vulgaris. J Am Acad Dermatol 2006, 55:691–692.
8. Nishimura M, Naito S: Tissue-specific mRNA expression profiles of human toll-like receptors and related genes. Biol Pharm Bull 2005, 28:886–892.
9. Lai Y, Gallo R: Toll-like receptors in skin infectious and inflammatory diseases. Infec dis drug targets 2008, 8:144.
10. Akira S, Takeda K: Toll-like receptor signalling. Nat Rev Immunol 2004, 4:499–511.
11. Kawai T, Akira S: The role of pattern-recognition receptors in innate immunity: update on toll-like receptors. Nat Immunol 2010, 11:373–384.
12. Graham GM, Farrar MD, Cruse-Sawyer JE, Holland KT, Ingham E: Proinflammatory cytokine production by human keratinocytes stimulated with Propionibacterium acnes and P. acnes GroEL. Br J Dermatol 2004, 150:421–428.
13. Sumikawa Y, Asada H, Hoshino K, Azukizawa H, Katayama I, Akira S, Itami S: Induction of [beta]-defensin 3 in keratinocytes stimulated by bacterial lipopeptides through toll-like receptor 2. Microbes Infect 2006, 8:1513–1521.
14. Kim J, Ochoa M-T, Krutzik SR, Takeuchi O, Uematsu S, Legaspi AJ, Brightbill HD, Holland D, Cunliffe WJ, Akira S, et al.: Activation of toll-like receptor 2 in acne triggers inflammatory cytokine responses. J Immunol 2002, 169:1535–1541.
15. Kim J: Review of the innate immune response in acne vulgaris: activation of toll-like receptor 2 in acne triggers inflammatory cytokine responses. Dermatol 2005, 211:193–198.
16. Guy R, Kealey T: The effects of inflammatory cytokines on the isolated human sebaceous infundibulum. J Invest Dermatol 1998, 110:410–415.
17. Song PI, Park YM, Abraham T, Harten B, Zivony A, Neparidze N, Armstrong CA, Ansel JC: Human keratinocytes express functional CD14 and toll-like receptor 4. J Invest Dermatol 2002, 119:424–432.
18. Jugeau S, Tenaud I, Knol AC, Jarrousse V, Quereux G, Khammari A, Dreno B: Induction of toll-like receptors by Propionibacterium acnes. Br J Dermatol 2005, 153:1105–1113.
19. Baker BS, Ovigne J-M, Powles AV, Corcoran S, Fry L: Normal keratinocytes express toll-like receptors (TLRs) 1, 2 and 5: modulation of TLR expression in chronic plaque psoriasis. Br J Dermatol 2003, 148:670–679.
20. Curry JL, Qin JZ, Bonish B, Carrick R, Bacon P, Panella J, Robinson J, Nickoloff BJ: Innate immune-related receptors in normal and psoriatic skin. Arch Pathol Lab Med 2003, 127:178–186.
21. Pivarcsi A, Bodai L, Rethi B, Kenderessy-Szabo A, Koreck A, Szell M, Beer Z, Bata-Csorgoo Z, Magocsi M, Rajnavolgyi E, et al.: Expression and function of toll-like receptors 2 and 4 in human keratinocytes. Int Immunol 2003, 15:721–730.
22. Lebre MC, van der Aar AM, van Baarsen L, van Capel TM, Schuitemaker JH, Kapsenberg ML, de Jong EC: Human keratinocytes express functional toll-like receptor 3, 4, 5, and 9. J Invest Dermatol 2007, 127:331–341.
23. Miller LS, Sorensen OE, Liu PT, Jalian HR, Eshtiaghpour D, Behmanesh BE, Chung W, Starner TD, Kim J, Sieling PA, et al.: TGF-alpha regulates TLR expression and function on epidermal keratinocytes. J Immunol 2005, 174:6137–6143.
24. Ingham E, Walters CE, Eady EA, Cove JH, Kearney JN, Cunliffe WJ: Inflammation in acne vulgaris: failure of skin micro-organisms to modulate keratinocyte interleukin 1 alpha production in vitro. Dermatol 1998, 196:86–88.
25. Nagy I, Pivarcsi A, Koreck A, Szell M, Urban E, Kemeny L: Distinct strains of Propionibacterium acnes induce selective human beta-defensin-2 and interleukin-8 expression in human keratinocytes through toll-like receptors. J Invest Dermatol 2005, 124:931–938.
26. Georgel P, Crozat K, Lauth X, Makrantonaki E, Seltmann H, Sovath S, Hoebe K, Du X, Rutschmann S, Jiang Z, et al.: A toll-like receptor 2-responsive lipid effector pathway protects mammals against skin infections with gram-positive bacteria. Infect Immun 2005, 73:4512–4521.
27. Oeff MK, Seltmann H, Hiroi N, Nastos A, Makrantonaki E, Bornstein SR, Zouboulis CC: Differential regulation of toll-like receptor and CD14 pathways by retinoids and corticosteroids in human sebocytes. Dermatol 2006, 213:266.
28. Jeremy AH, Holland DB, Roberts SG, Thomson KF, Cunliffe WJ: Inflammatory events are involved in acne lesion initiation. J Invest Dermatol 2003, 121:20–27.
29. Nagy I, Pivarcsi A, Kis K, Koreck A, Bodai L, McDowell A, Seltmann H, Patrick S, Zouboulis CC, Kemeny L: Propionibacterium acnes and lipopolysaccharide induce the expression of antimicrobial peptides and proinflammatory cytokines/chemokines in human sebocytes. Microbes Infect 2006, 8:2195–2205.
30. Choi JJ, Park MY, Lee HJ, Yoon DY, Lim Y, Hyun JW, Zouboulis CC, Jin M: TNF-alpha increases lipogenesis via JNK and PI3K/Akt pathways in SZ95 human sebocytes. J Dermatol Sci 2012, 65:179–188.
31. Melnik B: Dietary intervention in acne: attenuation of increased mTORC1 signaling promoted by Western diet. Dermatoendocrinol 2012, 4:20–32.
32. Jahns AC, Lundskog B, Ganceviciene R, Palmer RH, Golovleva I, Zouboulis CC, McDowell A, Patrick S, Alexeyev OA: An increased incidence of Propionibacterium acnes biofilms in acne vulgaris: a case–control study. Br J Dermatol 2012, 167:50–58.
33. Becker T, Loch G, Beyer M, Zinke I, Aschenbrenner AC, Carrera P, Inhester T, Schultze JL, Hoch M: FOXO-dependent regulation of innate immune homeostasis. Nature 2010, 463:369–373.
 
BMC Dermatol. 2013;13(10) © 2013  BioMed Central, Ltd.
 



Расскажите друзьям и коллегам:



Статьи зарубежных авторов переведены компанией "Делис". Активная ссылка на www.delis.pro в начале и в конце статьи обязательна.