Профессиональная косметика и материалы для эстетической медицины

Совершать покупки могут только салоны красоты и дипломированные специалисты

Бесплатный номер

8-800-700 33 62

Ежедневно с 8 до 18 ч (сб-вс с 9 до 16) время московское
Ваша корзина
Корзина пуста!

Методы борьбы со старением кожи. Часть II

Авторы: Ruta Ganceviciene, Aikaterini I. Liakou, Athanasios Theodoridis, Evgenia Makrantonaki, Christos C. Zouboulis
Источник: Журнал «Dermato-Endocrinology», том 4, № 3.
Перевод: Delis.pro; при перепечатке статьи гиперссылка на www.delis.pro в начале и в конце статьи обязательна.
 

Инъекционные методы омоложения кожи и кожные филлеры

Целью биоомоложения кожи является увеличение биосинтетической способности фибробластов, индуцирование реконструкции оптимальной физиологической среды, повышение активности клеток, гидратации и синтеза коллагена, эластина и гиалуроновой кислоты (ГК). Желаемый эффект может быть достигнут при помощи микроинъекций в поверхностные слои дермы таких препаратов, которые содержат только один активный ингредиент, либо смеси различных соединений, однако последние должны быть биосовместимы и полностью рассасываются: гиалуроновая кислота, витамины, минералы, питательные вещества, гормоны, факторы роста, аминокислоты, аутологичные культуры фибробластов, гомеопатические препараты и др. [116, 117, 118, 119, 120, 121]. Особые составы могут индуцировать довольно отличающиеся молекулярные и клеточные процессы в фибробластах в условиях in vitro [122]. Однако, для разъяснения того, какие клеточные и молекулярные процессы участвуют в процессе омоложения кожи лица в условиях in vivo и каким образом это происходит, зависят ли данные процессы от возраста пациентов, требуется проведение более детальных исследований. Также не хватает общей доказательной концепции, в том числе, концепции долгосрочной эффективности данной омолаживающей стратегии, как и оптимальных инъекционных протоколов [123, 124].
 
Препараты, известные в качестве филлеров, вводятся внутрикожно или подкожно для улучшения ее физических характеристик путем увеличения объема мягких тканей [125, 126, 127, 128, 129]. Имеются следующие виды филлеров: аутологичные (жир, культуры фибробластов человека), коллаген (бычьего происхождения, человеческий, полученный из тканевой культуры), гиалуроновая кислота (неживотного стабилизированного происхождения или вязкоупругая гиалуроновая кислота, полученная посредством бактериальной ферментации), синтетические или псевдо-синтетические имплантаты (силикон, полиметакрилатные микросферы, поли-L-молочные кислоты, микросферы кальция гидроксиапатита, суспендированного в водном геле полисахарида, алкил-имидный гелеобразный полимер). Данные филлеры могут быть классифицированы как временные, полупостоянные (продолжительностью 1-2 года) и постоянные (длительностью свыше 2-х лет).
 
Гликозаминогликаны и, особенно, гиалуроновая кислота являются основными компонентами внеклеточного матрикса кожи, участвующими в репарации ткани всех животных тканей [130, 131, 132]. Гиалуроновая кислота не проявляет никакой видовой или тканевой специфичности. Являясь физически инертным материалом, она используется с целью заполнения пространства, смазки, амортизации и элиминации белка. Кроме того, гиалуроновая кислота участвует в качестве регулятора клеточной пролиферации и при движении [133, 134, 135]. Инъекции гиалуроновой кислоты, как полагают, способствуют омоложению кожи благодаря увлажнению с одной стороны и активации фибробластов с другой [136, 137, 138, 139, 140]. Гиалуроновая кислота, вводимая в кожу, может стимулировать в фибробластах экспрессию коллагена 1-го типа, металлопротеиназы 1-го типа и тканевого ингибитора матриксной металлопротеиназы 1-го типа [122, 141], а также принимает участие в заживлении ран, модуляции воспалительных процессов, взаимодействии с протеогликанами внеклеточного матрикса и удалении свободных радикалов [142]. Учитывая все данные особенности, гиалуроновая кислота используется в качестве идеального структурного соединения, а инъекции гиалуроновой кислоты являются наиболее приемлемым и научно исследованным «золотым стандартом» омоложения и улучшения структуры кожи (рис. 2).
 
Рисунок 2. Пациент с наличием визуальных различий в области носогубной складки: нелеченная левая сторона (с местами для запланированного введения гиалуроновой кислоты) и правая сторона непосредственно после инъекции 0,5 мл стабилизированной гиалуроновой кислоты неживотного происхождения, с поперечными межмолекулярными связями (на правой щеке применялась техника "сталагмит").
 
Естественный период полураспада гиалуроновой кислоты в тканях составляет 1 - 2 дня до растворения в воде и деградации фермента в печени до двуокиси углерода и воды [143]. Филлеры на основе гиалуроновой кислоты неживотного происхождения, созданные при помощи бактериальной ферментации (Staphylococcus equine) и химически модифицированные посредством добавления поперечных межмолекулярных связей, что улучшает устойчивость к ферментативному расщеплению и пролонгирует эффект от введения, являются более чистыми, более вязкими, как правило, хорошо переносятся и редко вызывают неблагоприятные и иммунологические реакции [130, 144, 145, 146]. Продолжительность эффекта филлеров на основе гиалуроновой кислоты составляет от 3 до 12 месяцев. Дермальные филлеры продолжительного действия сохраняют свой эффект в течение 1-2 лет или даже больше [147]. Современные филлеры на основе гиалуроновой кислоты отличаются по размеру частиц, характеристикам поперечных межмолекулярных связей, а также по типу агента для создания межмолекулярных связей, используемого при создании гиалуроновой кислоты. Кроме этого, филлеры на основе гиалуроновой кислоты отличаются по своей фазовой структуре (моно/бифазные), концентрации гиалуроновой кислоты и по наличию анестетика в каждом готовом шприце для инъекций [148, 149, 150, 151]. Кроме отличия по составу, имеющиеся в настоящее время филлеры на основе гиалуроновой кислоты различаются в зависимости от утвержденных показаний по применению, продолжительности эстетического эффекта, предполагаемому способу операции, рекомендуемой глубине введения препарата, технике инъекции, пригодности для различных областей лица и наиболее часто возникающим побочным эффектам [152].
 
Один из синтетических полупостоянных дермальных филлеров пролонгированного действия представляет собой наполнитель на основе гидроксиапатита кальция (CaHA), суспендируемого в водном геле-носителе – карбоксиметилцеллюлозе[150, 151, 152, 153, 154, 155]. Частицы CaHA выступают в качестве каркаса для формирования новых тканей и стимулируют образование коллагена вокруг микросфер, что ведет к утолщению дермы с течением времени [147]. Сферические частицы CaHA постепенно фагоцитируются, деградируют на кальций и фосфат и выводятся через почечную систему. Гидроксиапатит кальция по своему минеральному составу наиболее приближен к составу костной ткани, обладает низким антигенным потенциалом, низкой реактивностью на инородные тела и минимальной воспалительным ответом. В мягких тканях не наблюдалось никакой активности остеобластов в отношении указанного вещества [155].
 
Применение поли-L-молочной кислоты (PLA) для увеличения объема мягких тканей основано на механизме действия, который отличается от любых других филлеров, применяемых в мягких тканях. Также отличается и план лечения, подготовка инъекционного материала и техники инъекции [156]. После первоначальной реакции, длящейся одну неделю и менее, начинается прогрессивный объемный эффект [157]. Процесс гидратации, потеря связей и молекулярной массы, растворение и фагоцитоз поли-L-молочной кислоты под действием макрофагов заканчивается распадом вещества на микросферы, содержащие молочную кислоту, и дальнейшую элиминацию CO2 через дыхательную систему. Оставшиеся кристаллы поли-L-молочной кислоты стимулируют производство коллагена и способствуют гранулематозным реакциям в тканях. Эта воспалительная реакция вызывает резорбцию и образование волокнистой соединительной ткани вокруг инородного тела, являясь причиной дермальной фиброплазии, что приводит к желаемому косметическому эффекту [158].
 
Несмотря на то, что во многих проведенных исследованиях субъективная удовлетворенность пациента от введения филлеров на основе поли-L-молочной кислоты остается высокой, а также достигаются определенные улучшения толщины кожи, измеряемой при помощи шкалы оценки внешнего вида морщин, в проведенных исследованиях отсутствуют данные о долгосрочной эффективности и клинической безопасности, поскольку пациенты по-прежнему склонны подвергаться последующим косметическим вмешательствам [159].
 

Аутологичная плазма, обогащенная тромбоцитами (PRP)

Аутологичная плазма, обогащенная тромбоцитами (PRP), привлекла к себе внимание для использования в качестве средства для омоложения кожи. PRP получают из свежей цельной крови, содержащей высокую концентрацию тромбоцитов [160]. Различные факторы роста, в том числе тромбоцитарный фактор роста (ТцФР), трансформирующий фактор роста (ТФР), фактор роста эндотелия сосудов (ФРЭС) и инсулиноподобный фактор роста (ИПФР), выделяются из α-гранул концентрированных тромбоцитов, активированных индукторами агрегации [161]. Эти факторы, как известно, регулируют различные процессы, включая миграцию, аггрегацию, пролиферацию и дифференцировку клеток, а также содействуют аккумуляции внеклеточного матрикса (ВМ) путем связывания со специфическими рецепторами на поверхности клеток [162, 163]. Было показано, что PRP может индуцировать синтез коллагена и других матричных компонентов посредством стимуляции фибробластов, что, в конечном счете, приводит к омоложению кожи [164, 165, 166, 167]. Однако молекулярные механизмы, лежащие в основе процессов PRP индуцированного заживление ран, по-прежнему в значительной степени неизвестны, а экспериментальные исследования, подтверждающие влияние PRP на старение фибробластов, очень ограничены.
 

Ботулинический токсин

Ботулинический токсин (BTX) не оказывает никакого влияния на текстуру кожи и не может прекратить процесс старения кожи. Тем не менее, регулярные инъекции ботулинического токсина могут замедлить видимый процесс старения, способствуя лечению определенных динамических линий лица и морщин [168, 169, 170] (рис. 3).Текущие методы лечения усиленных межбровных складок, глабеллярных линий или гусиных лапок, такие как оперативные косметологические вмешательства или имплантаты, не решают основную причину возникновения этих линий, а именно чрезмерную нервную стимуляцию. Механизм действия ботулинического токсина делает его идеальным средством для воздействия на основную причину этих динамичных складок [171].
 
Рисунок 3. Пациент с наличием глабеллярных морщин и морщин по типу «гусиных лапок» в углах глаз. Вид  до инъекции (A) и после инъекции (B) ботулинического токсина.
 
Семь схожих по строению, но отличающихся по антигенному составу, подтипов нейротоксина (AG), синтезируемых различными штаммами анаэробных, грамположительных бактерий Clostridium botulinum.[172, 173, 174, 175, 176, 177]. Подтип А ботулинического токсина (BTX-A) является самым мощным нейротоксином. BTX-A вызывает временную химическую денервацию путем блокирования пресинаптического высвобождения ацетилхолина (АцХ) в нервно-мышечном соединении (НМС) [178]. Специфическая тяжелая цепь нейротоксина отвечает за его необратимую интернализацию с концевой пластинкой двигательного нерва, обладающей высоким сходством со специфическими рецепторами (сиалогликопротеины) 
плазматической мембраны холинергических нервных окончаний. Это вызывает рецептор-опосредованный эндоцитоз токсина. Легкая цепь, которая отвечает за токсичность, отделяется в клетке и инактивирует синапс-специфический протеин, синаптосомально-ассоциированный белок 25 кДа (SNAP-25), который является одним из нескольких белков, необходимых для экзоцитоза ацетилхолина и его высвобождения в концевой пластинке [179].
 
Токсин связывается с пресинаптическими нейронами отдельных мышц быстро (менее чем за час) и специфично. Клинически обратимая химическая денервация и избирательное расслабление мышц или их паралич начинаются после 24 до 48 часов и могут быть не завершены в течение 2-х недель [173, 174, 175, 176, 177]. Нерв прорастает в мышцу  примерно на 28-й день посредством частичного восстановления и новые нервно-мышечные синапсы формируются в непосредственной близости от старых соединений. Другим фактором, объясняющим восстановление мышечной функции, может стать увеличение области мышечной мембраны, которая чувствительна к ацетилхолину [180]. Полное восстановление мышечной функции может быть продемонстрировано на 62й-91й день [179, 181].
 
В исследованиях на животных были продемонстрированы мышечные изменения в форме атрофии, которые являлись полностью обратимыми после 4-6 мес. В мышцах человека не было обнаружено никакой длительной атрофии даже после повторных инъекций, только преобладание волокон типа 1 [179]. Обычная продолжительность эффекта составляет 3-6 мес с индивидуальными вариациями [173, 174, 175, 176, 177].
 
Для достижения точных и предсказуемых последствий важное значение имеет дозирование BTX-A. Биологическая активность, выражаемая в мышиных единицах (МЕ), как и молекулярная масса, не связаны с дозировкой. Одна мышиная единица эквивалентна количеству токсина, при котором после внутрибрюшинного введения, половина из подвергшихся опыту мышей линии Swiss-Webster умирает (50% летальная доза, LD50;) [182]. Количество BTX-A, используемое для лечения, в 25-100 раз меньше, чем LD50,поэтому Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами (FDA) США классифицирует BTX-A как безопасное вещество для терапевтического применения [183]. BTX-A не проникает через гематоэнцефалический барьер и через кожу [179].
 
В настоящее время в косметологии для применения доступно несколько коммерческих препаратов BTX-A, которые производятся из различных штаммов бактерий с использованием различных методов очистки и поэтому имеют разный состав и свойства а также требования к хранению, срок годности и дозировку  [184, 185].
 
Важное значение имеет глубокое понимание и оценка соответствующей анатомии и физиологии мышц и возможных изменений в области инъекции. Дозировка для пациентов зависит от площади, мышечной массы, пола и других индивидуальных факторов. Противопоказания включают заболевания в виде периферической двигательной нейропатии или нервно-мышечные функциональные расстройства, совместное введение с аминогликозидами или другими агентами, которые препятствуют нервно-мышечной передаче и могут усиливать общую слабость, лечение больных с воспалительными заболеваниями кожи в месте инъекции, наличие в анамнезе реакции на токсин, беременность и лактация, возраст моложе 12 лет и профессия, которая требует выражения широкого спектра эмоций на лице [171, 186, 187, 188].
 
Учитывая краткосрочные и локализованные эффекты инъекций BTX-A, обнадеживает тот факт, что любые потенциальные побочные реакции, известные на сегодняшний день, также могут быть недолгими, локализованными и обратимыми в зависимый от дозы в период 6-8 недель. Системные или серьезные побочные эффекты, в целом, являются редкими, иммуноопосредованными расстройствами или другими своеобразными реакциями неизвестного генеза [189, 190]. Развитие антител к BTX-A может быть связано с воздействием высоких доз токсина и, вероятно, вызывает уменьшение эффективности BTX [191, 192]. Препарат BTX-A, производимый в настоящее время (после 1997г), имеют более низкую концентрацию альбумина и более высокую токсин-специфическую активность, что может способствовать снижению клинической антигенности [182, 193, 194].
 
Во многих случаях встречающиеся осложнения вызваны неправильным применением препарата или недостаточной квалификацией врача. Тем не менее, преимущества данного вида лечения всегда следует рассматривать как временные, а для достижения долгосрочного эффекта необходимы повторные инъекции [195].
 

Заместительная гормональная терапия (ЗГТ)

Хорошо известно, что с возрастом наблюдается прогрессирующее снижение секреции гормонов. Уровни гормона роста (ГР) и инсулиноподобного фактора роста-1 (ИПФР-1), мелатонина (ночного), тиреотропного гормона, гормонов щитовидной железы (T3), дегидроэпиандростерона (ДГЭА) (сульфатированная форма и ее мочевые 17-кето-метаболиты), эстрогенов и тестостерона постепенно уменьшаются. Основными временными промежутками гормонального дефицита в организме человека являются менопауза, андропауза и частичный дефицит андрогена у пожилых мужчин [196, 197, 198, 199]. Доказано, что заместительная терапия ДГЭА приводит к улучшению состояния организма, увеличению сексуальной активности, усилению плотности костной ткани и улучшению самочувствия [200].
 
В рандомизированном плацебо-контролируемом исследовании 280 пожилых мужчин и женщин (в возрасте 60-79 лет), каждый участник получал ежедневно 50 мг ДГЭА в течение года. У женщин отмечалось улучшение либидо, состояния кожи и плотности костной ткани [201, 202, 203]. Кроме того, еще одно исследование, проведенное Рудманом и соавт. указало, что применение гормона роста снижало признаки биологического старения. Лечение привело к улучшению состояния организма, к увеличению мышечной массы и плотности костной ткани, а также к уменьшению жировой ткани. Кроме того, наблюдалось увеличение толщины кожи [199].
 
Применение мелатонина оказывало благоприятное влияние на процесс старения, потому что оно имело обратный эффект в отношении массы тела; ограничение пищи повышает уровень мелатонина и уменьшает его возрастное снижение. С возрастом приходит снижение продукции мелатонина, что может быть связано с нарушениями сна, наблюдающимися у пожилых людей. Также выявлено, что мелатонин может предотвратить развитие и рост опухолей. Исследование показало, что у пациентов, страдающих онкологическими заболеваниями, уровень мелатонина в сравнении со здоровыми лицами уменьшался [204, 205, 206, 207].
 
Заместительная гормональная терапия тестостероном абсолютно показана пожилым мужчинам, у которых имеются соответствующие симптомы или низкий уровень тестостерона. У большого процента пожилых мужчин наблюдается либо снижение уровня тестостерона, либо потеря суточного ритма секреции тестостерона. Клинические симптомы включают общую слабость, сексуальную дисфункцию, снижение мышечной массы и костной массы, а также снижение эритропоэза. Низкий уровень тестостерона, по данным эпидемиологических исследований, приведет к более высокой заболеваемости и смертности, а также к более высокой распространенности депрессии, ишемической болезни сердца и остеопороза. Важную роль в развитии гипогонадизма у пожилых мужчин играет резистентность к инсулину. Таким образом, у тучных мужчин и у мужчин, страдающих сахарным диабетом 2-го типа, наблюдается значительно более низкий уровень тестостерона по сравнению с контрольной группой [199].
 
Давно считается, что заместительная гормональная терапия эстрогеном и прогестероном имеет омолаживающий эффект; результаты крупных исследований, в частности, результаты исследования Women's Health Initiative ("Инициатива во имя здоровья женщины") показали, что омолаживающий эффект не всегда ожидаем. Напротив, применение заместительной гормональной терапии эстрогеном повышает риск развития сердечно-сосудистых заболеваний и увеличивает риск развития рака молочной железы. Тем не менее, ЗГТ имеет четкий и положительный профилактический эффект для предотвращения остеопороза, поэтому низкие дозы монотерапии эстрогеном имеют свои преимущества [208].
 

Заключение

Хотя естественное старение является генетически детерминированным процессом, внешние проявления старения можно предотвратить. Эстетическая дерматология должна способствовать "здоровой старости" не только путем применения косметических средств, направленного на скрытие возрастных изменений кожи, но также должна играть значительную роль в профилактике, регенерации и замедлении старения кожи. Этого можно добиться путем возможного сочетания местной и системной терапии, инструментальных методов и инвазивных процедур. Кроме этого, одно из важных направлений в изучении процесса старения, заключается в проведении разнообразных научных исследований на актуальные темы.

Список использованной литературы здесь.

Начало статьи. Часть I




Расскажите друзьям и коллегам:



Статьи зарубежных авторов переведены компанией "Делис". Активная ссылка на www.delis.pro в начале и в конце статьи обязательна.